Чёрная месса. Часть 2

Очевидно, что ведьмовская месса не просто представляла собой пародию на христианскую литургию, но и являлась частью культа Дьявола. Черная просфора с дьявольским знаком мистическим образом преображалась в плоть Дьявола («Сие есть тело мое»), и когда Дьявол возносил эту просфору, участники мессы громко славили его. Ведьмы сохранили старинный обычай двойного причащения — не только хлебом, но и вином. Исповедь ведьмы отвергали потому, что презирали саму христианскую идею греха, а слово «аллилуйя» пропускали как возглас во славу христианского Бога. Они соединялись со своим господином, вкушая во время причастия его плоть и кровь, а затем вступая с ним в половую близость. При этом к оргиастическому экстазу добавлялось кощунственное удовольствие от осквернения христианской церемонии.

Такую же извращенную смесь святотатства и чувственности мы обнаруживаем в признаниях Мадлен Бавен, монахини из Лувье (Нормандия). Мадлен ушла в монастырь Лувье в 1625 году, в возрасте восемнадцати лет, после того как была соблазнена неким священником. Капелланом монастыря в то время был отец Пьер Давид, который считал, что Богу следует поклоняться в обнаженном виде, уподобляясь Адаму; что верующий, исполненный Духа Святого, не может согрешить и что всякий поступок, совершенный в состоянии благоговения перед Богом, добродетелен.

В знак смирения и нищеты монахини являлись на мессу полностью обнаженными, а самыми святыми из монахинь, согласно словам Мадлен, почитались те, которые ходили нагими в церкви и в саду и танцевали нагими перед отцом Давидом. Сама Мадлен во время причастия была вынуждена принимать Святые Дары с обнаженной грудью и сносить непристойные ласки капеллана. Кроме того, отец Давид учил монахинь ласкать друг друга и пользоваться искусственным фаллосом; сам он при этом наблюдал за ними.

В 1628 году капелланом в Лувье стал отец Матюрен Пикар, а его помощником — отец Тома Булле. Они не только переняли обычаи отца Давида, но и довели их до откровенного сатанизма. Пикар насиловал Мадлен, а другие монахини «совершали с ним отвратительнейшие деяния». Раз или два в неделю Мадлен впадала «в своего рода транс или экстаз»; в этом состоянии она посещала ведьмовские сборища в доме близ монастыря, на которых присутствовали Пикар, Булле и другие священники, три-четыре монахини и несколько посторонних людей. Некоторые из них были в гротескных костюмах животных.

Собрания проходили в длинном узком помещении с алтарем, на котором стояли свечи. Священники служили мессу, возносили кроваво-красную гостию и читали вслух святотатственную книгу, полную злобной клеветы на христианство. Затем участники сборища пировали (причем, как утверждает Мадлен, дважды на стол подавали жареную человечину), после чего начиналась буйная оргия. Женщины отдавались священникам, а также духу покойного отца Давида. Они сжигали просфоры и лили на пол освященное вино. На одно такое собрание кто-то принес маленькое распятие. К нему пригвоздили просфоры; участники сборища били его ножами. В другой раз одна из женщин принесла своего новорожденного ребенка, и его распяли живьем на деревянном кресте; ручки и ножки младенца прибили к кресту гвоздями, на которые были насажены освященные просфоры.

Эти сборища продолжались до 1642 года. Затем Пикар умер, а у многих монахинь начались истерические припадки и конвульсии, которые истолковали как одержимость бесами. После долгого расследования, в 1647 году, Булле был сожжен на костре. Вместе с ним сожгли эксгумированный труп Пикара. Мадлен Бавен умерла в тюрьме в том же году, в возрасте сорока лет, перед этим совершив несколько попыток самоубийства.

(продолжение следует…)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *